Category: путешествия

Category was added automatically. Read all entries about "путешествия".

crow

Салман Рушди. Кишот. Глава шестая

Salman Rushdie. Quichotte

© Salman Rushdie, 2019

© Александр Андреев, 2020, перевод

Глава шестая

Санчо, воображаемый сын Кишота, пытается понять свою природу

Санчо Смайл. Так меня зовут. Это понятно. Но есть куча всего совершенно непонятного. Я даже не знаю, действительно ли я здесь, по правде говоря. Во-первых, я чёрно-белый в разноцветной вселенной. Смотрю на своё лицо в зеркале, и оно кажется не лицом, а фотографией лица. Что я чувствую по этому поводу? Второй класс. Низшая лига. Вот что. Дальше: кажется, сейчас меня не видит никто, кроме него. Моего «отца». Только он меня видит. Я знаю, что невидим, потому что когда мы идём в «сабвэй» в Моркрофте, Вайоминг, где я родился, и он спрашивает, взять ли мне что-нибудь, газировку, сэндвич, люди на него оглядываются. Так оглядываются на сумасшедших. Как будто он разговаривает сам с собой, и мне хочется крикнуть: «Посмотрите на меня. Я стою вот тут». Но, очевидно, другие люди не могут меня чувствовать. Я, как там это слово. Незаметный.

Я подросток, которого выдумал семидесятилетний. Видимо, я должен звать его «папа». Но вот ведь штука. Как я могу правильно чувствовать, как там это слово. Сыновние чувства. Когда мы только познакомились. Я с ним не рос, мы не играли в мяч в парке, или что там папа и сын делают в настоящем мире. Я просто здесь, бац, вот меня нет, а через минуту я уже есть, и что я должен чувствовать? Любовь с первого взгляда? Не думаю.

Вот ведь проблема.

Collapse )
crow

Салман Рушди. Кишот. Глава первая (2)

В старом рюкзаке, тщательно упакованными в обёрточную бумагу и пупырчатый полиэтилен, он возил с собой несколько небольших предметов, собранных им в путешествиях: отполированный китайский камень в духе «готового искусства», узор на поверхности которого напоминал лесистые горы в туманной дымке, похожую на Будду гандхарскую голову, поднятую деревянную камбоджийскую руку с символом мира посередине ладони, два звездообразных кристалла, один большой, другой маленький, викторианский медальон, в который он вставил фотографии родителей, ещё три снимка с изображениями детства в далёком тропическом городе, латунного острозубого дракона из эдвардианской Англии для обрезки сигар, коробок индийских спичек марки «Чита» с изображением крадущегося гепарда, маленькую мраморную птицу-удода и китайский веер. Эти тринадцать предметов имели для него мистическое значение. Войдя в свой номер, он минут двадцать аккуратно раскладывал их по местам. Их необходимо было разместить именно так, правильно по отношению друг к другу, и как только расположение его удовлетворяло, он сразу начинал воспринимать номер как свой дом. Он знал, что без этих священных предметов, расположенных в правильных местах, его жизни будет недоставать равновесия, и он может поддаться панике, инертности и, в конечном счёте, смерти. Эти предметы были самой жизнью. Пока они с ним, дорога не страшна. Это его особое место.

Collapse )
crow

Салман Рушди. Кишот. Глава первая (1)

Salman Rushdie. Quichotte

© Salman Rushdie, 2019

© Александр Андреев, 2020, перевод

Элизе

Кишотская заметка о произношении

Quichotte, произносимое «ки-ШОТ» по-французски и «ки-ШОТ-э» по-немецки, и Chisciotte, произносимое «ки-ШО-те» по-итальянски, являются альтернативными написаниями / произношениями испанского Quixote или Quijote, произносимого «ки-ХО-те». Португальцы также используют скорее звук «ш», чем звук «х», для буквы «x» или «j» в середине знаменитого имени Don Quixote / Quijote. Сам Сервантес на современном ему испанском скорее всего сказал бы «ки-ШО-те». Для целей данного текста рекомендуется элегантное французское произношение «ки-ШОТ», причины прояснятся в самом тексте; однако, любезный читатель, поступай как знаешь. Каждому его / её / их собственный способ произносить имя всеобщего Дона.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Глава первая

Кишот, старый человек, влюбляется, отправляется исполнять рыцарский обет и становится отцом

Collapse )
crow

BLMish

Любые фары встречного такси

Тебе казались поездом в тоннеле,

И утро наступало sans merci

На горло и держало в чёрном теле,

Не думая, присуще ли ему

Значение превыше остального,

А просто тупо втаптывая в тьму,

Разлитую по миру в полшестого.

Сплетённых тропок невесомый хруст

Разбудит нас и времени не спросит,

А там уже несёт апостол Руст

Благую весть о солнечном Форосе,

Но вместо «будем вместе до конца»

Играет «умца-дрица-гоп-цаца».

crow

Чем дольше топать по ночам

Чем дольше топать по ночам
Тем твёрже память
Не остывает крепкий чай
Под сквозняками

Лежит прощенье на весах
Лежит обида
А равновесье держит страх
Спаситель вида

Переживёшь пустую боль
Вчерашних писем
Щелчок замка и вот изволь
Ты независим

И на троллейбусной дуге
Под фонарями
Весна лежит в твоей руке
Как мокрый камень

crow

Внезапно

Внезапно, как в текущем январе

Сменяются снега на водопады,

Ты поменяла чёлку на каре

И погасила радостные взгляды,

И я кручу в башке – повтор! – повтор

Последней встречи (осень, юго-запад)

И краем глаза жду, что разговор

Прервётся извещением WhatsApp’а...

crow

John Milton. Paradise Lost. Book XI

Завершил перевод одиннадцатой книги Потерянного рая:
http://www.stihi.ru/2015/09/07/3501

И должен сказать, что по ходу работы над этой самой книгой у меня впервые возникли серьёзные претензии к языку Джона. Над некоторыми пассажами, особенно в начале, приходилось ломать голову по несколько дней. А если учесть, что время на собственно перевод у меня ограничено утренней поездкой на работу (пятнадцать минут в метро и затем полчаса пешком), понятно, что это сильно замедлило труд в целом.

Хотя при всём при том я прекрасно понимаю автора. Во-первых, Джон писал поэму, будучи уже немолодым (под шестьдесят), не очень здоровым и, главное, слепым. Времени её написание отняло много, пусть он и не записывал, а диктовал, и к концу сочинения состояние автора наверняка отличалось от исходного далеко не в лучшую сторону.

А во-вторых (и, возможно, в-главных), достаточно сравнить содержание первых и последних книг Потерянного рая, чтобы понять, почему автору было куда менее интересно поэму завершать, чем начинать и развивать. От блестяще выписанных сцен восстания ангелов и противоборства Люцифера с Гавриилом - к вялым и натужным описаниям тупой мстительности Всевышнего за нарушение человеком произвольного запрета и блеянья Михаила, пытающегося перед человеком это наказание оправдать.

Естественно, и в этих грустных частях Мильтон остаётся великим поэтом, создавая прекрасные картинки библейских сцен, например, потопа ("... и тут из волн показался шпиль горкома комсомола..."). Просто сопротивление материала, о котором раньше и не думалось, здесь даёт о себе знать. А поскольку двенадцатая книга просто продолжает одиннадцатую, полагаю, сквозь неё тоже придётся продираться.

Но оно того стоит :)
crow

Путевое 03/01/2013

Последняя точка в Венгрии - Эгер. Возможно, его название и переводится как "Ольха", но вот этому ли дереву город обязан бросающимся в глаза изобилием жёлтой краски? От церкви францисканцев, поджидавшей нас рядом со стоянкой автобуса, до многих других зданий этого красивого "барочного" города - все оттенки жёлтого.

Collapse )

Collapse )

Collapse )

Collapse )

Но не барокком единым... Долгая дорога довела нас до, пожалуй, не менее знаменитых эгерских винных погребов. Эгрилеалько, эгрибикавер, цвайгер, мускат, мелора, йегбо - за точность воспроизведения услышанного ответственности нести не могу, ибо слушалось сие на фоне прогрессирующего потребления всего вышеупомянутого. А темп дегустации здесь задали совсем другой, не то что в неторопливом Токае. Народ не успевал допробовать небольшую - опять же невыгодно отличаясь от мастера Деметера - порцию в бокале, как к нему уже спешили со следующим кувшином :) Сопровождавший действо гуляш не подчёркивал вкус, как это делали сырные булочки, а скорее создавал сытый фон, на котором распробовать собственно продукцию было сложнее. Но на мускате народ решили повеселить аттракционом неслыханной щедрости - и пошли по залу с большой ёмкостью, из которых желающим лили прямо в рот струёй, одновременно громко считая :) В тот момент, когда к тихо сидевшему в уголке впс подошли и выразительно взглянули, рекорд остановился на отметке "57". Примерно в районе счёта "8" я сделал первый глоток, на "14" - второй, а потом удалось правильно открыть глотку и больше не глотать вообще ;)) Так что когда после счёта "65" рот всё-таки закрылся, приз победителю - бутылка того самого муската - мимо меня не прошёл ;)

Collapse )

*

Четвёртое (переезд из уже упомянутого Бардейова через всю Словакию и Польшу плюс четыре часа стояния на польской стороне границы плюс чуть меньше двух на белорусской) и пятое (поезд Брест-Москва) января отдельных записей явно не заслуживают. А в целом - замечательно! Спасибо Старому городу!
С хорошим началом года тех, у кого оно так же задалось, и хорошего продолжения - всем без исключения :))