Category: лытдыбр

Category was added automatically. Read all entries about "лытдыбр".

crow

Салман Рушди. Кишот. Глава девятая

Salman Rushdie. Quichotte

© Salman Rushdie, 2019

© Александр Андреев, 2020, перевод

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Глава девятая

Неприятность на озере Капоте и последующие искажения реальности

День труда. Путешествие в долину любви отложили – сначала пришлось разбираться с проблемами в лагере. Кишот привык считать каждого подходящего к нему человека другом, и всех незнакомцев встречал радостной и (обычно) обезоруживающей улыбкой; так что когда молодая полная белая леди в парусиновых штанах и с собранными на затылке в пучок светлыми волосами торопливо направилась к дощатому столу у озера Капоте, где они с Санчо размышляли над картой Америки, только что освящённой знаком скопы, Кишот встретил её вежливо, даже слегка поклонившись. По обыкновению, он собирался произнести небольшую формальную приветственную речь, но леди сразу пошла в наступление.

– Что это? – белая леди указала пальцем на карту. – Вы что-то замышляете?

– Мы путешественники, как и Вы, – мягко ответил Кишот, – поэтому вполне логично, что мы хотим проложить маршрут по карте.

– Где ваши тюрбаны и бороды? – спросила белая леди, протянув к нему руку и со злостью тыкая в него пальцем. – Вы же носите тюрбаны и бороды, так? Вы побрили лицо и сняли с головы полотенце, чтобы нас обдурить? Тюууу-рбаааа-ныыыы, – медленно повторила она, имитируя жестом накручивание тюрбана вокруг своей головы.

– Думаю, не опасаясь неточности, могу сказать, что тюрбан не носил ни разу в жизни, – ответил Кишот с ноткой удивления, не понравившейся допрашивающей.

Collapse )
crow

В память о Беляковиче

– Зачем?? Служенье человечеству? Допустим. Дальше что? Мне стали как-то тягостны мои спектакли. Меня уже не вдохновляют куклы. И даже нынешнее представление – театр в театре – мне кажется жестоким и пустым занятием. Я для себя решил: оно последнее...

Тринадцать лет назад я увидел «Кукол» впервые. Поражён – не то слово. Спектакль, как столь многие творения Валерия Романовича, выворачивал душу и мозг наизнанку, заставлял чувствовать и понимать в себе что-то, что не позволяло просто так ходить и просто так существовать, нужно было делать, нужно было своими руками, своей головой стараться принести в этот мир гармонию и любовь, столь необходимые людям, без них просто никак. И такова была сила Беляковича на сцене, что финальный монолог персонажа западал в душу как буквальное объявление, что не будет больше спектакля «Куклы», и как же мне повезло оказаться на этом последнем представлении...

Тут же ещё и контраст с любимым приёмом Валерия Романовича, когда сценическое действо к своему завершению выходит на какую-то очень высокую, но всё равно продолжающую подниматься орбиту. Финал его спектаклей возвышает зрителя, заставляет его становиться лучше. И когда материал требовал другого решения, в тебе всегда оставалась пудовая тяжесть на душе. «Царь Эдип», «Вальпургиева ночь», «Dostoevsky-trip», «Калигула»... Великие спектакли, словно придавливающие тебя камнями к земле, говоря: не зарывайся, твоё место здесь, работай...

Счастье, что у всех нас есть Белякович, его спектакли, его театр.

Collapse )