?

Log in

No account? Create an account

Rewind | Forward

Ещё одна бретонская сказочка в моём переводе добралась до конкурса.
Сегодня заканчивается приём работ, а в воскресенье и голосование.
Так что последний шанс сделать чёрное дело – вот он ;-)





© Joëlle Jolivet, иллюстрация

Работа, участвующая в конкурсе "Музыка перевода 2"

Оригинал: La Lavandière de la nuit, Yves Pinguilly

Перевод с французского: Александр Андреев

Ночная прачка (перевод)

Хотите – верьте,
Хотите – проверьте.

*

Мао Кузанек, его жена Энори и четверо детишек жили в приходе Плоневез-ар-Фау. Мао был простым лесорубом, целыми днями колол буковые стволы да корчевал пни. Работать приходилось аж до Бреннилиса, то есть от Плоневеза-ар-Фау до самых чёртовых болот... Со временем он узнал о природе мира всё, что мог, даже о холмах Арре и о Чёрной Горе.

В Бретани, как и повсюду, богатство обходит лесорубов стороной, и Мао не брал на работу полную сумку свежего хлеба и копчёного сала. Нет! Поев утром супу, он запасал на целый день лишь краюху хлеба с отрубями.

Энори и сама работала в поте лица, чтобы хоть иногда добавить пару монеток к скудному заработку мужа. Была она пряхой, и руки её целыми днями, а то и ночами, беседовали с веретёнами да пяльцами. Она и одежду штопала.



В тот день трудно было сказать, то ли вечер задержался, то ли ночь поторопилась. Весь день лило как из ведра и собиралось лить ещё, хоть полная луна и разогнала почти все облака. Была суббота перед Троицей, и крестьяне носили в церковь куски масла святому Эрбо, покровителю рогатого скота. Уже стемнело, лишь бледная луна освещала мир живых, когда Энори наконец-то собралась постирать. На неделе ей пришлось столько прясть и штопать, что некогда было выстирать воскресные платья детям и мужу. Но теперь она выкроила немного времени, чтобы одеть их в чистое к завтрашнему празднику.

С корытом белья она отправилась на речку. Но стоило ей преклонить колени на обычном месте, как рядом появилась женщина, вся в белом, с непокрытой головой, с мешком белья подмышкой.

- Добрый вечер, соседушка! Позвольте мне устроиться рядом, постирать простынки да одёжку?

Удивлённая и чуть испуганная, Энори дружелюбно ответила:

- Конечно, места всем хватит.

Не успела женщина начать стирку, как всё было готово. Она намылила, простирнула, отбила колотушкой и прополоскала все свои простынки да одёжки чуть ли не в один миг. И предложила Энори:

- Если хотите, я могу и Вам выстирать бельё. Ваша колотушка, кажется, такая тяжёлая!

Энори, сияя от радости, ответила:

- Я и впрямь немного устала. Жизнь у меня тяжёлая. От первых петухов до вечерней зари тружусь без роздыху. Да что там, частенько не прекращаю работать, даже когда ночь окутывает землю.

- Я постираю все Ваши рубашки, оставьте их мне, и если у Вас есть ещё грязное бельё, тоже несите. Вдвоём мы всё переделаем даже раньше, чем полная луна разглядит своё отражение в этих мыльных водах.

Энори от души поблагодарила незнакомку и побежала домой посмотреть, что ещё осталось постирать.

Мао подивился быстрому возвращению жены. Та рассказала ему о нежданной встрече. Не успела Энори поведать, до чего любезной оказалась незнакомка, как муж не дал ей договорить:

- Бедная моя жена, несчастная! Ты знаешь... о Боже, знаешь ли ты, что повстречала мануэс-ноз – ночную женщину? Её наверняка послали демоны – похитить твою душу или души наших детей, вот она и прикинулась добренькой, словно мать младенца Иисуса! Запри-ка дверь покрепче.

- Но если я к ней не вернусь, она придёт за бельём сюда.

Мао повторил:

- Запри дверь, быстро! Делай, что говорю!

Он посмотрел Энори прямо в глаза и приказал:

- Подмети весь дом и поставь метлу в угол вниз головой; подвесь треногу от очага на гвоздь да вымой руки дождевой водой из ведра.

Энори мигом сделала всё, что велел муж. Только она хорошенько вымыла руки, Мао выплеснул воду из ведра в очаг и затушил огонь.

В спешке, до конца не раздевшись, они забрались под набитое мякиной тонкое одеяло, что ещё до их свадьбы истрепалось под морскими ветрами.

Мануэс-ноз – а это, конечно же, была она – не дождалась Энори и пришла стучаться в дверь.

- Энори Кузанек, открывай! Я принесла тебе выстиранные рубашки!

Энори с мужем не проронили ни слова. Семь раз ночная женщина стучала в дверь, пытаясь открыть её. Безуспешно. На минуту снаружи установилась мёртвая тишина, а затем вдруг завыл ураганный ветер. Его подняла разгневанная мануэс-ноз. Спрятавшись под одеялом, Энори и Мао услышали её голос:

- Тренога, открой дверь, а то хозяева меня не слушаются.

- Не могу, меня подвесили на гвоздь! – ответила тренога.

- Метла, миленькая, открой-ка побыстрее.

- Не могу, у меня голова внизу, а ноги сверху!

- Тогда ты, моя славная дождевая вода, проскользни мне под ноги и открой.

- Не могу, меня выплеснули в очаг, и я умерла вместе с огнём!

Только вода это вымолвила, как ураган стих. Энори и Мао, сжавшись в комочек и дрожа, услышали злобный голос в ночи:

- Проклятая Энори Кузанек, повезло тебе найти мужа-лесоруба, да такого умного, чтоб тебя учил!



Воскресным утром, отправляясь с детишками в церковь, Мао сказал Энори:

- Возможно, эта мануэс-ноз была грешницей, которая всю жизнь оттирала бельё добрых людей камнями, чтобы сэкономить мыло. Во искупление грехов её приговорили стирать бельё сотни и тысячи лет вместо того, чтобы прогуливаться в райских кущах. И, конечно же, она хотела, чтобы ты заняла её место!

08.12.2010



Оценить перевод:


Блестяще!
Что-то в этом есть
Не впечатлило
Разочаровало





La Lavandière de la nuit (оригинал)
Si vous voulez bien, croyez-moi
Sinon, allez vous-mêmе у voir.

*

Mao Couzanec, sa femme Enori et leurs quatre enfants habitaient la paroisse de Plonévez-ar-Faou. Lui n'était qu'un simple bûcheron qui passait toutes ses journées à couper, fendre du hêtre ou dessoucher les prairies. Il faisait cela d'ici à Brennilis, c'est-à-dire de Plonévez-ar-Faou jusqu'aux marais des enfers... Il avait, au fil du temps, appris à tout connaître du monde visible de la nature, que ce soit du côté des monts d'Arrée ou de la Montagne Noire.

En Bretagne comme ailleurs, un bûcheron ne devient jamais riche et Mao ne courait pas à son travail avec un bissac rempli de pain frais et de lard fumé. Non ! Après sa soupe du matin, il n'emportait pour sa journée qu'un peu de pain d'orge.

Enori travaillait dur, elle aussi, pour essayer d'ajouter de temps en temps une belle pièce de deux sols aux quelques liards de son mari. Elle était fileuse et, tout le jour, plus quelquefois la nuit, ses mains parlaient avec son rouet ou sa quenouille. En plus encore, elle était repasseuse de coiffes.



Ce soir-là, difficile de dire si с'était un temps de chien ou un temps de loup. Il avait plu toute la journée et il pleuvait encore un peu, même si la lune ronde avait repoussé presque tous les nuages. C'était samedi d'avant la fête de la Trinité. La veille, les paysans avaient porté des mottes de beurre à l'église pour saint Herbot, le protecteur des bêtes à cornes. Enori décida de se rendre au lavoir. Il était tard. Seule la lumière pâle de la lune éclairait le monde des vivants. Cette semaine, elle avait tant filé et tant repassé qu'elle n'avait pas eu le temps de laver les chemises du dimanche des enfants et de son mari. Mais, ce soir-là, elle trouverait encore du temps pour qu'eux aussi aient leurs chemises propres pour la grand-messe de demain.

Elle partit avec son ballot de linge vers le lavoir. Dès qu'elle fut à genoux dans sa caisse, une femme arriva, toute vêtue de blanc, tête nue, avec un paquet de linge dans les bras.

- Bonsoir, ma commère, puis-je m'installer près de vous pour laver des draps et des habits ?

Bien qu'un peu surprise et craintive, Enori aimablement répondit :

- Bien sûr que oui, la place ne manque pas.

À peine la femme commença-t-elle à laver qu'elle acheva sa tâche. Ses draps et ses habits, elle les avait savonnés, frottés, écrasés avec son battoir et rincés a l'eau claire, presque en un clin d'œil. Elle proposa à Enori :

- Je peux vous aider si vous le voulez... je peux même laver tout votre linge. Votre battoir а l'air de vous peser bien lourd !

Enori, toute souriante, répondit :

- С'est vrai que je suis un peu fatiguée. J'ai la vie dure. De l'angélus du matin à l'angélus du soir, je ne cesse de travailler. Souvent même, alors que le cœur de la nuit se repose sur la terre, je travaille encore.

- Je vais laver vos chemises, laissez-les-moi et, si vous avez d'autre linge en attente, allez le chercher. À nous deux, nous en viendrons à bout avant même que la pleine lune n'ait fini sa toilette dans l'eau savonneuse du lavoir.

Enori remercia vivement l'étrangère et partit vite vers sa maison chercher ce qui restait à laver.

Arrivée chez elle, Mao s'étonna de la voir revenue si vite. Elle lui raconta sa rencontre. Elle n'eut pas le temps de lui dire à quel point elle avait trouvé cette femme aimable : il lui vola la parole.

- Ma pauvre femme ! Malheureuse ! Sais-tu... ô mon Dieu, sais-tu que tu viens de rencontrer une manouès-noz, une femme de nuit ? Elle est sûrement venue te voir sur l'ordre du démon pour voler ton âme ou celle de nos enfants, en faisant semblant d'être aussi bonne que la mère de l'Enfant-Dieu ! Ferme bien la porte à double tour.

- Mais si je ne vais pas la retrouver, elle va venir ici pour m'apporter mon linge.

Mao répéta :

- Ferme bien la porte, vite ! Fais ce que je te dis !

Il regarda Enori droit dans les yeux et ordonna :

- Balaie toute la maison et ensuite mets le balai dans un coin, la tête en bas ; suspends le trépied de la cheminée à un clou et lave-toi les mains avec l'eau de pluie qui est là dans le seau.

Tout de suite, Enori fit comme son man lui avait dit. Dès que ses mains furent bien lavées, Mao versa le seau d'eau dans la cheminée pour éteindre le feu.

Sans même prendre le temps de complètement se déshabiller, ils se couchèrent sous leur couette de fine balle d'avoine qui, avant leur mariage, avait été vannée au vent de mer.

La manouès-noz – car c'en était bien une –, qui avait vainement attendu Enori, vint frapper à leur porte.

- Enori Couzanec, ouvre-moi! Je viens t'apporter tes chemises bien blanchies.

Ni Enori ni son mari ne répondirent un seul mot. Sept fois, la femme de nuit frappa la porte, essayant de se faire ouvrir. Sans succès. Alors, il у eut dehors quelques miettes de silence parfait et, tout à coup, on entendit s'élever et tourbillonner un grand vent. Ce n'était autre que la colère de la manouès-noz. Enori et Mao, bien cachés sous leur couette, entendirent sa voix :

- Trépied, ouvre-moi cette porte puisque aucun chrétien ne me fait la charité d'obéir.

- Impossible, je suis pendu à un clou ! répondit en bégayant le trépied.

- Balai, mon bon, mon beau, vite, viens m'ouvrir.

- Impossible, ma tête est en bas et mon pied en haut !

- Alors toi, ma belle eau du seau, belle eau de pluie, glisse jusqu'à moi et ouvre-moi.

- Impossible, on m'a jetée sur le feu et je suis morte comme le feu !

Juste après cette réponse de l'eau, le grand vent tomba. Enori et Mao, serrés et tremblants, entendirent la méchante voix de la nuit crier :

- Maudite Enori Couzanec, tu as eu bien de la chance d'épouser un bûcheron assez savant pour te faire la leçon !



Le lendemain dimanche, sur le chemin de l'église, où ils marchaient avec leurs quatre enfants, Mao dit à Enori :

- Probable que cette manoués-noz était une pécheresse qui avait passé sa vie à frotter le linge des braves gens avec des pierres pour économiser son savon. Afin d'expier ses péchés, elle aura été condamnée à laver du linge pendant cent ans ou mille ans, au lieu de se promener tranquillement dans le bonheur du ciel. Elle voulait certainement que tu prennes sa place !
Конкурс организован бюро переводов
iTrex
.

Comments

( 5 remarks — Speak here )
yasnaya_luna
20th Dec, 2010 08:20 (UTC)
Все же несколько странные, пугающие эти бретонские сказочки. :)
mr_stapleton
20th Dec, 2010 19:18 (UTC)
Странные - пожалуй. Пугающие... ну не знаю, возможно. Хотя вот, например, в русских, если герой ослушался, его обычно наказывают сильнее. У бретонцев всё сильно мягче - как, например, в истории про королеву корриганов, которую я надеюсь довести до ума через несколько дней...
yasnaya_luna
20th Dec, 2010 23:13 (UTC)
В русских как-то нет такой безнадеги. :)
mr_stapleton
21st Dec, 2010 03:21 (UTC)
Мне кажется, Вика, северные - поморские - сказы по уровню безнадёги вполне сопоставимы...
yasnaya_luna
21st Dec, 2010 22:47 (UTC)
Поморские мне как-то не попадались. :)
( 5 remarks — Speak here )

Latest Month

October 2019
S M T W T F S
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  

Tags

Page Summary

Powered by LiveJournal.com
Designed by chasethestars