January 22nd, 2014

crow

Джон Мильтон. Потерянный рай. I, 670-798

Гора стояла рядом, изрыгая [ 670 ]
Огонь и дым с вершины; склоны словно
Покрыты чёрным лаком – верный знак
Руды металлов в недрах, след работы
Серы. Туда на скорости спешили
Крылатые бригады: так с лопатой [ 675 ]
Иль топором в руках первопроходцы
Траншеи, укрепления возводят
Для лагеря. Мамона впереди,
Самый кривой из духов, что упали
С небес, да и в Раю он всё глядел [ 680 ]
Согнувшись, восхищаясь лишь богатством
И позолотой райских мостовых,
А не красой божественной, как должен
Блаженный дух: с его подачи люди,
Наученные им, всё лезут в центр [ 685 ]
И потрошат нечистыми руками
Все внутренности матушки-Земли
Ради сокровищ. Вот его команда
В горе открыла рану, откопав
Златые жилы. Нет, не восхищайтесь [ 690 ]
Богатством Ада: эта почва всё же
Достойна яда. И ещё пусть те,
Что хвастаются тленным и в восторге
От Вавилона и от Мемфиса,
Узнают, как великие творенья, [ 695 ]
Как Силу и Искусство разрушает
Распутный дух, как за минуты гибнет
То, что веками каторжным трудом
Бесчисленные руки созидали.
Вблизи, в долине, в множестве пещер, [ 700 ]
Где бьются вены жидкого огня
Из озера, второй волной чудесно
Запасы минералов открывались,
Отдельно каждый, отделяя шлак;
И третья под землёй образовала [ 705 ]
Изложницу, и, в кельях выкипая,
Там заполняла каждый уголок,
Словно в органе под порывом ветра
Клавиатура дышит через трубы.
И вот уж из земли огромный дом [ 710 ]
Вознёсся, весь наполненный звучаньем
Нежных симфоний, сладких голосов,
Как храм построен, где кругом пилястры,
Где украшал дорийские колонны
Злачёный архитрав; нет недостатка [ 715 ]
В карнизах, фризах; выпуклы скульптуры,
В золоте крыша. Ни Каир великий,
Ни Вавилон с таким великолепьем
Сравниться не могли, хоть почитали
Богов (Бэла, Сераписа), венчали [ 720 ]
Царей, когда Ассирия с Египтом
Богатством мерялись. Вознёсшись, зданье
Величественно встало; в створки двери
Из меди звонкой хорошо видны
Огромные пространства гладких, ровных [ 725 ]
Настилов; с крыши арочной, как будто
По волшебству, рядами нависают
Ярчайшие светильники и лампы
На нефти и мазуте, свет которых
Небесному подобен. Восхищаясь, [ 730 ]
Все входят, и одни работу хвалят,
Другие зодчего: его рука
В Раю известна изобильем башен,
Где ангелы со скипетрами жили,
Как принцы, возведённые царём [ 735 ]
К правлению, где каждый получил
По иерархии достойный орден.
Он не был неизвестен и не чтим
В античной Греции, и в Авсонии
Он звался Мальсибер; там ходит басня, [ 740 ]
Как с неба он упал, сердитым сброшен
Юпитером с хрустальных бастионов:
Летел весь летний день, всё утро, полдень,
Росистую зарю, и на закате
С зенита пал летучею звездой [ 745 ]
На Лемнос, что в Эгее. Так болтают,
Да зря: ведь он с мятежниками вместе
Пал раньше; не спасли его ни башни,
В Раю им возведённые, ни вся
Его сноровка, так что был он сброшен [ 750 ]
С коллегами, чтоб строиться в Аду.

Крылатые глашатаи по воле
Владыки с церемониями и
Под звуки труб уже провозглашают
Совет грядущий, что собраться должен [ 755 ]
В столице Сатаны и его присных –
Пандемониуме. На их призыв
Каждый отряд достойнейшего шлёт
Или главнейшего: они одни
Идут туда из сотен и из тысяч: [ 760 ]
Все подступы забиты, все ворота
Открыты, но огромный главный зал
(Как поле, где вся рыцарская рать
Перед лицом святейшего султана
Сильнейших из неверных поражает [ 765 ]
Иль скачет, потрясая копьями)
Заполнен на полу и в воздухе,
Жужжит от взмахов крыльев: словно пчёлы
Весной, когда Тельца взнуздало солнце,
Весь молодняк над ульем выпускают [ 770 ]
Роями; те в росе среди цветов
Летают, иль на гладкую доску,
Пригород их соломенного форта,
Натертую бальзамом, переносят
Свои дела. Так в воздухе толпа [ 775 ]
Плотно гудела – только до сигнала.
О чудо! те, кто только что, казалось,
Гигантов по размеру превзойдут,
Уж меньше карликов, и в малом зале
Бесчисленно набиты, как пигмеи [ 780 ]
В горах индийских, как лесные эльфы,
Чьи сны ночные у ручья в лесу
Порой крестьяне, припозднившись, видят,
Иль думают, что видят, а луна-
Владычица к земле уже всё ближе [ 785 ]
Несёт свой бледный диск: их радость танца
И музыка живая в уши льнёт;
И сердце его скачет от восторга.
Так духи бестелесные, уменьшив
Свои размеры, собрались толпой [ 790 ]
Бесчисленной среди большого зала
При дворе Ада. Но зато, оставшись
В своих обличьях и своих размерах,
Все серафимы с херувимами
Конклав свой тайный в глубине собрали: [ 795 ]
На златых креслах полубоги, их
Там тысячи. Чуть помолчав, повестку
Дня огласив, к совету приступили.

Конец первой книги.

*

Collapse )